Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Литература (список заголовков)
21:56 

ЗИМА

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Дождь.
В дождь всегда грустно.
В дождь хочется укутаться тёплым одеялом и спать, лишь бы не видеть сползающих по стеклу, будто слёзы, капель плачущего неба. Лишь бы не слышать этот звук.
Лишь бы не чувствовать оглушающей пустоты в самом сердце.
Холодно.
Одеяла нет, и стекло - забрало шлема - никуда не деть.
Слабая надежда - глупое и слишком человеческое чувство для того, кто пережил чересчур много, чтобы продолжать в неё верить - пыталась не слишком уверенно шептать через помехи в шлемофоне, что завтра будет лучше, чем сегодня.
Она разучилась надеяться на будущее - даже несмотря на то, что умела видеть его до мельчайших подробностей уже сейчас. Наверное, поэтому и перестала верить в глупость светлого и полного надежд завтра, существуя лишь зябким и угрюмым сегодня.
Дождевые капли бессовестно закрывают обзор. Земля дрожит под ногами эхом взрывов и стонет в аккомпанемент заблудившейся в одиночестве душе.
Над головой оглушающим фейерверком разрывается снаряд. Эхо отдачи пробивает до костей, и делает голову тяжёлой и гулкой, ноги - ватными, непослушными, тело - скованным. Обычная контузия. Частое явление на поле боя.
Комья грязи залепили забрало шлема и перекрыли обзор. Гадкая машинка резко сброшена быстрым движением нечувствительной к контузиям механической руки. Смесь холода и жара обрушивается на как обычно лохматую голову.
Все правильно. Нет завтра. Нет тепла. Нет этих глупых полусостояний. Дождь кончится, кончится бой, но тепла уже не будет.
Никогда.
Не для неё.
Её весна осталась в прошлом настолько далёком и туманном, что кажется, будто оно была даже не частью её жизни, а фрагментом стершегося из памяти сна. Её жизнь - зима. И пусть её зиме не поставить точку в бесконечной жизни, она способна окунуть ее в вечную мерзлоту полярной ночи.
Взгляд, уже безразличный, натыкается на молодого солдата. Он сидит в укрытии, судорожно вцепившись мёртвой хваткой в свою винтовку, а вместе с тем - и в свою жизнь. Мгновение - и жизнь мальчишки проскальзывает перед глазами. А ведь дома его ждут... Ждут и надеятся.
Глупое чувство.
Тау Всемудрая, зачем ты показываешь мне это?..
В груди защемило.
Хоть кого-то должны дождаться...

Отчаявшийся, трясущийся мальчик, только что призванный на поле боя защищать отечество, видел, как упала замертво его командир. От всего его взвода в этой мясорубке выжил только он - и то, по-видимому, ненадолго. Как в замедленной съёмке он видел, что летит в его сторону снаряд. Говорят, будто перед смертью видишь всю свою жизнь. Нет. Неправда.
Солдат видел только тяжёлым басом гудящую боеголовку.
А ещё он видел, как боеголовка плавно разворачивается и улетает обратно. Оглушительный взрыв высветил чёрную фигуру. Её руки, будто дирижируя оркестром, отправляли назад одну ракету за другой. Её меч чёрным щитом закрывал их обоих от выстрелов.
За всклокоченными волосами не видно, как по виску из порванного чудовищной перегрузкой сосуда течёт почти чёрная кровь. На смуглой коже не видно, как синеет лицо.
Людям не стоит знать, какой ценой даётся слава легенды.
Людям не стоит знать, что внутри легенды, дарующей надежду, живёт лишь зима. Холодная. Беспощадная.
Вечная.

@темы: творчество, литература, "Игры Ядра: Калейдоскоп"

22:00 

Ветер-путь (продолжение)

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
начало


6. Стезя Яви

Время. Нет материи более безжалостной, чем время. Некоторые говорят, что оно лечит. Но это не всегда правда. Для некоторых оно лишь маскирует рубцы и ненадолго растворяет боль в каждодневной человеческой суете. Но стоит лишь раз – всего лишь один раз – напомнить, коснуться старой раны, и боль возвращается. С новой силой впивается она в душу в алчном желании поглотить все до последней капли – и нередко добивается своей цели. Когда это происходит, от человека не остается ничего – только пепел в хрупком сосуде. И тогда становится более чем достаточно всего лишь одного простого прикосновения…
Тихея постаралась вычеркнуть из памяти все, что происходило с ней в Америке в те десять дней, что ей удалось продержаться… нет, что ей позволили пробыть на съемочной площадке. Почему-то было слишком больно. Какое-то время, примерно до весны, она часто писала Ричарду, рассказывала о своей жизни в России, но ответы получала короткие, односложные, пустые. Сначала она списывала это на его загруженность на съемках, но потом… потом стала очевидна глупость подобных отговорок. Когда к апрелю Тихея перестала писать, от Ричарда в ответ на тишину не пришло ни одного сообщения. Тогда-то Буранова и приказала себе забыть обо всем.
Мгновение. Бестолковое. Глупое.
Бесценное…
читать дальше

Ноябрь 2013 – октябрь 2014

© Copyright: Екатерина Шишкова, 2014
Свидетельство о публикации №214101601891

@темы: "Ветер-путь", литература, творчество

21:59 

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
ВЕТЕР-ПУТЬ
Говаривают, будто ветер-путь – суть основа перемен, но чтобы на них решиться, нужна и сила, и мудрость, и хитрость.
И – цель.
1. Алое небо

Что может быть хуже, чем будильник? Только тот будильник, который заставляет вынырнуть из сладкого, теплого сна, выбраться из-под пушистого, уютного одеяла и дойти по темной, холодной комнате до окна, где верещит это назойливое устройство. А ведь снилось что-то ускользающе приятное, нежное и обволакивающее, как шелк… А еще там был Он. Кто? Хотелось бы знать, но девушка, зябко ежащаяся у окна, четко понимала только то, что это был Он. Тот единственный, кого она никогда не знала. Он был высок, строен, у него был красивый, низкий голос и фантастические теплые глаза цвета горького шоколада, которые заставляли забыть обо всем…
Где же найти тебя?..
Сонное сознание отчаянно цеплялось за образ, но, чем дольше звенела мелодия мобильного телефона, тем дальше он ускользал. И вот лежит в руках безмолвный смартфон, сделавший свое черно-благородное дело, а столь желанный образ незнакомца уже растворился в туманной дымке Морфея.
-До следующей ночи, - грустно попрощалась с незнакомцем из мечтаний девушка, баюкая замолчавший телефон в теплых ладонях, чтобы потом приняться растирать замерзшие после теплой кровати плечи. Теперь вспомнить лицо мужчины из сна не представлялось возможным. Девушка печально, тяжело вздохнула и снова обежала взглядом по-прежнему холодную, темную и неуютную комнате. На одеяле еще спала большая, пушистая, белая кошка, и чувство легкой зависти немедленно вытеснило печаль. – Везет тебе, зараза белая!
«Зараза белая» лениво приоткрыла один глаз, зевнула и спрятала мордочку под пушистый хвост.
Как страшно хотелось вот прямо сейчас лечь обратно, свернуться вокруг этого теплого комочка шерсти таким же калачиком, накрыть нос лапкой, укутаться в теплое одеяло – чтобы никуда не ходить, никого не видеть, чтобы никто не звонил, не говорил и не трогал! И вернуться в тот сон – к Нему. Тем более что за окном зябким болотом застыл ноябрь. Холодный, сырой, липкий. Почти осязаемо-мокрый осенне-зимний воздух старательно просачивался даже через пластик оконных пакетов и забирался под одежду, портя настроение и расшатывая крохи какого-либо желания действвать табунами проносящихся по спине мурашек. Целая их стайка уверенно обосновалась у нее на загривке, из-за чего девушка нахохлилась, напоминая уже не кошку, а недовольного всем на свете воробья. В воздухе за окном висела влага, грозящая замерзнуть ледяным панцирем на деревьях и асфальте, и превратить дорогу от дома до метро в настоящую борьбу за выживание. В такую погоду, пожалуй, даже собаку не выпустишь на улицу. Но она – не собака. Она – ювелир. И точно так же, как ювелиру нужны инструменты и камни, так и ювелирной мастерской необходимо наличие мастера на рабочем месте.
Поэтому пришлось встряхнуться – в том числе, стряхнуть кошку с одеяла. Чтобы зависть перестала мучить. Обиженное животное недовольно зыркнуло на хозяйку и спряталось куда-то в шкаф в район полотенец.
Зарядка относительно взбодрила, а горячий душ и клубы ароматного пара и вовсе сделали утро гораздо более дружелюбным, тем более, что все попытки холодного ветра вновь превратить разогретую душем блаженную кошку в нахохленного воробья пресекались пушистым свитером. Утопая в мягкой, пушистой шерсти, стоя у окна и глядя на небо, ничем не загороженное для шестнадцатого этажа, девушка грела руки о чашку и наблюдала за светлеющим небом: на востоке вместо позолоты разливалась подобно свежей крови яркая алая полоса.
«Будет сильный ветер…» - подумалось ей. Рука покрутила самодельный амулет. В тонком кольце, разделенном знаком вечного коловращения, стояли четыре руны на деревянной основе, и среди них, равных, значился Ветер. А с Ветром соседствовала Мудрость, их вместе связывала Веда, и вместе они приносили в жизнь Смысл. Они всегда связаны – так верили предки. Так верила и она.
Ветер – вестник перемен.
-Прости, друг, но мне нечего менять, - произнесла ювелир, отворачиваясь от окна и торопливо собираясь. За ней уже закрылась дверь квартиры, когда по небу кровавым росчерком разлилось алое пятно.
Небеса сегодня явно были уверены, что знамения не стоит игнорировать.

читать дальше

продолжение

@темы: творчество, литература, "Ветер-путь"

12:40 

Я начинаю путь

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Небольшой форт на Йор’наре-6 держался столько, сколько мог. Осада длилась уже несколько недель, и все ресурсы форта давно подошли к концу. Техника чинилась и штопалась не по одному разу, но какой смысл в таком ремонте, если ни один броневик не поедет на честном слове, обещающем поставить топливо, и ни одна винтовка не будет стрелять на отборном мате вместо энергоблока?
Командующий гарнизоном как мог поддерживал своих бойцов, но все они понимали, что без поддержки хотя бы с соседней базы им не выжить. Беда заключалась в том, что соседняя база располагалась в нескольких часах полета через гиперпространство. А вся частями приходящая помощь просто разбивалась о противовоздушные войска осаждающих форт «синих». Еще немного – и у бойцов, брошенных на милость врагу, просто опустятся руки – комендант и это знал прекрасно. Вот только в этот раз вместо традиционного «ничего не можем сделать» пришла шифровка «к вам гонец с Юлоры».
читать дальше


@темы: творчество, литература, "Игры Ядра: Калейдоскоп"

22:57 

БЕРИ РУЖЬЕ

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Бери ружье, пойдем со мной,
Пойдем, товарищ боевой!
Бери ружье, готовь прицел,
У нас сегодня много дел.
Бери ружье, иди за мной,
Пойдем за царской головой!
Бери ружье, и пусть стрелка
Рука останется крепка
В тот верный час, в тот час ночной,
Когда вершится суд людской!..


Люди скандировали слова песни вместе с группой, выступающей в полутемном зале ночного клуба, на крохотную сцену которого выходили только те, кто не проходил несколько кругов цензуры. Подпольные концерты в Мертерианской Империи были, наверное, самой смелой формой протеста, выражаемого в адрес императорского режима. Слишком много слонялось в округе псиоников. Слишком много мыслеуловителей. Слишком много охраны порядка – а эти ребята обычно сперва стреляют, и только потом спрашивают, что ты делал на улице в комендантский час. Но в темном клубе «Белый дым» сейчас об этом никто не думал – сидящие на полу люди впитывали слова песни, повторяли ее, пропускали через самую душу – и от этого в них робко проглядывали хоть незначительные, хоть какие-то ростки надежды. Даже несмотря на то, что те ребята, которые играют на струнах их душ с низенькой, едва освещенной сцены – еще совсем дети. Голос солиста не просто проникал в самое сокровенное – он там оставался, задерживался в памяти на долгое, долгое время.
«Бери ружье, пойдем со мной…»
Маленький, худой солист с ярко-зелеными волосами – люди знали этот цвет, пусть и не видели его в красной подсветке сцены – приблизился к гитаристу и что-то показал. Зрители не придали этому значения – мало ли что артисты могут выкинуть на сцене. Но жест передался клавишнице, басисту, дошел до барабанщика… и вдруг свет в зале погас окончательно. Те, кто был в курсе дела, предпочли быстро покинуть помещение, а те, кто не имел представления о грядущем через минуту увидели, как автоматная очередь впилась в пустую сцену.
Музыкантов и след простыл – только вспыхнула огнем барабанная установка. А от входа в помещение клуба входили представители мертерианских карателей.

Они не нашли ни следа присутствия в клубе группы «Сезон охоты». Обыск проходи почти два часа, были проверены все входы и выходы, но ощущение складывалось такое, словно известных смутьянов, врагов народа, здесь никогда не было. И не просто ощущение – факты говорили именно об этом.
Через три часа – после проверки гражданских и усердного внушения владельцу клуба – спецназ мертерианских войск покинул территорию клуба, зло перешептываясь о том, как бы подловить эту неуловимую банду дебоширов. За ними следила пара не менее злых глаз. От крыши клуба отлепилась едва заметная фигурка – вернее, даже не фигура. Дымчатый силуэт, в котором едва заметно преломлялись неоновые огни вывесок. Мгновение – и ее не стало на крыше.

Юлю подхватили похожие на лопаты ручищи, сделав ее приземление абсолютно безболезненным. Макс нырнул вместе с девчушкой в отверстие канализационного люка – девочка шустро закрыла крышку, и музыканты быстро спустились вниз по узкой трубе.
-Ушли, - сообщила девочка темному кулю из какой-то мешковины, из которого предательски выглядывал клок ярко-зеленых волос.
-Хорошо, - глухо ответил голос несколько неопределенного тембра. На Юлю – расписанную под «темную лолиту» девчушку не менее неопределенного возраста – глянули абсолютно черные глаза.
-Как думаешь… - протянула девочка, подходя к солисту их группы и лидеру их небольшой боевой единицы. – Людям пришлось по душе выступление?
-Главное, что оно попало в душу, - отозвался ворох тряпок, в котором гитарист перевязывал старой, но относительно свежей тряпицей новое пулевое ранение. – А это заставит в них гореть хотя бы искорки надежды.
-Что нам даст надежда? – устало упав на трубу и стирая грим, протянула девочка.
-Из искры разгорится пламя, Юля, - оскалилась Кай, прищурив нечеловеческие глаза. – Эту истину люди давно доказали…

В тот день во многих душах эхом звучали слова…
Бери ружье, иди за мной,
Пойдем за царской головой!

@темы: творчество, литература, "Сезон охоты"

13:14 

lock Доступ к записи ограничен

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:44 

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Всегда есть что-то, за что хочется цепляться, что-то, ради чего хочется жить. Я не назову это целью в жизни, навязчивой идеей, смыслом жизни или другими странными словами, которыми это что-то обычно называют люди. Я никогда не понимал эти высокопарных реплик о том, что мол-де такой-то и такой-то субъект есть смысл всей моей жизни... а при первой же реальной опасности этот субъект оставлялся на самообеспечение и самовыкручивание из появившейся беды. Я много раз это видел и не вполне одобряю, разделяю или вообще понимаю такую позицию. Хотя, быть может, это просто потому, что я - кот.

У дворовых котов моего круга общения действует только две схемы поведения: либо ты - часть стаи, либо ты - отшельник. Частью стаи у меня никогда стать не получалось. Я прожил в родных подворотнях три года, но всегда оказывался несколько хуже, чем все мои многочисленные собратья по дворовой стае. Но я всегда был немного слабее, немного неувереннее, да и, что уж утаивать, трусливее других котов. Бойцом, защитником наших территорий я даже с натяжкой не мог назваться. А посему совсем скоро это стали уже не "наши", а "их" территории.
Я понимаю, тебе сейчас интересно совсем другое. Я не знаю, как тебя зовут и как к тебе попали мои записи, но если ты читаешь откровения не совсем обычного дворового кота, что-то тебе в них все-таки интересно, и это, бьюсь об заклад, совсем не традиции бездомных кошек. Сейчас ты спрашиваешь себя - а не дешевую ли фантастику тебе подсунули? Или псевдо-записки натуралиста? Нет, не то и не другое. И все, что было описано выше, имеет свой смысл во всей этой истории. Ведь - кто знает? - если бы я был полноправным членом стаи, я мог бы и не встретить ее... Нет, не любовь всей жизни, боюсь это еще одно широко распространенное у людей клише. Она - и есть то, ради чего я хочу жить, как бы банально это ни звучало...

***
-Па-а-ап! - тоненький возмущенный голосок, донесшийся с кухни без труда выдернул мужчину из ванной комнаты точно в том виде, в каком он был на этот момент - с пеной для бритья на щеках, полотенцем на широких плечах и с бритвой в руке. Его дочурка, с которой они жили вдвоем в этой новой, просторной квартире, сидела на кухонном диванчике и держала в руках всего только днем ранее приобретенный ежедневник. Именно на первых его страницах он писал свой новый небольшой очерк. Но дочка таким рвением явно не была довольна. Десятилетняя девочка снова нахмурилась и довольно сурово для своего трогательного возраста, спросила:

-Тебе что, "Тихона" мало?

Так называлась его старая повесть о простом дворовом коте по имени Тихон, от которого волею судеб стало зависеть намного больше, чем может себе представить столь жалкое и забитое создание. "Тихон", на удивление, имел просто баснословный успех, книга разошлась поразительным тиражом - поэтому маленькая семья и не бедствовала, к автору даже обратился один именитый кинорежиссер с предложением снять фильм по его обработкам... Однако не коммерческий успех проекта стал двигателем его интереса в плане работы над этим продолжением или дополнением к "Тихону".

-Зачем такие громкие слова? - улыбнулся он дочери и вернулся в ванную - заканчивать приводить себя в порядок перед новым трудовым днем. Лена очень любила эту повесть и искренне радовалась, когда она получила такой успех. Что же касается его самого, то он и не собирался пускать "Откровения" в широкие массы. Просто он чувствовал, что обязан это написать. Несмотря ни на что. Но мнение дочери было для него гораздо важнее любого этого "несмотря ни на что" и вовсе не потому что Леночка была его единственным, а потому горячо любимым и сильно избалованным ребенком. К ней даже само слово "избалованный" было неприменимо. Дело было совсем не в этом...

Клятвенно пообещав девочке сжечь эту рукопись, отец приготовил завтрак, затем начались приготовления к новому рабочему дню.

Обычный день обычной дружной семьи.

***
Офис небольшой компании, занимающейся производством натурального сухого корма для домашних животных, встретил его приветливым гулом дружелюбных голосов. Его подчиненным нравилось думать, что они работают на известного, автора, пусть и занимаются вроде бы такой мелочью, как корм для животных.

-Тихон Тимофеевич! - окликнул его один из молодых сотрудников. Молодой голос вырвал его из размышлений о дочери, не желающей видеть продолжение горячо ею любимой истории и заставил вернуться на грешную землю и к проблемам компании. - Звонили из того зоомагазина... по поводу рекламного плаката. Они очень простят Вас дать разрешение на использование образа Тихона на главном стенде.

Тихон Тимофеевич улыбнулся. Речь шла, конечно же о его коте. Он кивнул, парень побежал звонить руководству настойчивого магазина, а через час вернулся с распечаткой проекта плаката. На Тихона с рекламного плаката магазина зелеными глазами смотрел здоровый человекообразный кот, серый в черную полоску, и с отвратительно пафосной черной косой в левой лапе. Тихон наморщил нос.

-Разрешу, только если уберут косу, а то это больше похоже на кладбище домашних животных.

Молодой коллега тихонько прыснул и убежал вести дальнейшие переговоры. А сам Тихон вернулся к проблемам его небольшой, но успешной компании.

Они с Леночкой жили так вот уже четвертый год, и им грех было жаловаться на судьбу, хотя то, как они жили прежде и не имело ничего общего с нынешим образом жизни. Кардинально другим было все, но ни он, ни она не скучали по прошлому. Хотя Тихона и частенько одолевали рефлексы прошлой его жизни.

Рабочий день пролетел быстро, как и всегда, Лена уже должна была вернутся домой от подруги из школы, которой она помогала делать уроки... Тихон Тимофеевич, набросив поверх костюма любимое черное пальто и надев шляпу, глянул в зеркало. Несмотря на уверения Лены в том, что для любой женщины-человека его внешность сильнее промышленного магнита, он все равно не понимал, почему. Ростом он был выше всех своих коллег, он только несколькими сантиметрами не дотягивал до ровных двух метров, широкие плечи, узкая талия, которые Лена всегда уговаривала подчеркивать - то узким свитером, то костюмом-тройкой, то еще чем. За физической формой он всегда следил, но значения этому с точки зрения внешнего вида не придавал - он просто не мог иначе. Лицо - тем более. Тяжелые, массивные черты, чуть раскосые зеленые глаза, упрямые губы, серые волосы с ранней сединой...

-Не понимаю, что в тебе такого особенного, сказал он отражению и, заперев кабинет, покинул офис.

Он шел по улице, с удовольствием спеша домой, думая, чего бы купить в магазине, чтобы дома порадовать дочурку вкусной домашней едой, и не замечал, как сгущаются над его судьбой чернильные тучи.

Мелодия вызова на мобильном телефоне прозвучала на удивление грозно и громко. Тихон коснулся пальцем сенсорной кнопки.

-Да?

-Твоя дочь у нас. Не делай глупостей, не обращайся к законникам. Пятнадцать миллионов через два дня, и на третий она будет ждать тебя дома. - Измененный голос прервался на мгновение, а потом из динамика донесся голос Лены, произнесший на языке, неизвестном этому миру:

-Нарша даньер оэруанда, датта ара унма рашша.

Мужской голос ругнулся, и в трубке запищали короткие гудки. Тихон бросил телефон в карман и побежал. Нет, не собирать деньги. Запрошенная похитителями сумма по рамкам этого мира была баснословной,его компания не получала столько и за год, гонорар от книги не покрыл бы и половину суммы выкупа. Домой. Он бежал домой, но не для того, чтобы проверить, не обман ли это. Ему только нужно было дома кое-что забрать.

Оставив дверь квартиры распахнутой настежь, Тихон пулей вырвался в гостиную. Там, на роскошном персидском ковре висело самое необычное украшение, какое только можно было увидеть в городской квартире - это была коса. Большая, черная, с идущим по древку и венчающим лезвие декоративным чуть серебрящимся змеем. Уже он первому взгляду становилось очевидно, что это не сельскохозяйственный инструмент. Это изящное оружие. Тихон без колебаний снял его то стены.

Лена четко сказала ему, что делать. "Забери меня отсюда, или я сама тут все разнесу", сказала она ему в трубку. И ведь она это могла... Но после ее вспышки им скорее всего придется менять мир обитания, а ему в этом мире так понравилось, что покидать его совсем не хотелось. Значит, он должен был действовать.

Тихон сбросил человеческую одежду и накинул на себя странного вида комбинезон, мгновенно подстроившийся под его комплекцию. Тихон моргнул и заставил ту энергию, которую обычно люди называют всякими глупыми именами, речь так, как он того хотел - и тут же услышал ласковое приветствие всех шести Констант. Они здоровались с Посредником и весело недоумевали, какого черта он делает в этом убогом, ограниченном теле, на что Тихон не менее весело ответил, что они же его в это тело и заперли, что лучше им это решение пересмотреть, а то слегка раздраженный Свет разнесет этот Мир по молекулам. После недолгого совещания Констант глаза Черного Змия привычно полыхнули холодным голубым светом, возвращая Посреднику Тихону его изначальную форму. Серо-полосатый кот с удовольствием почесал лапой за разорванным в некие доисторические времена ухом и, махнув косой над хвостом, выбрался из квартиры через форточку.

Все-таки несмотря даже на три года человеческой жизни, стоять на четырех лапах ему было не в пример удобнее, чем на двух ногах, хотя человеческий облик и обладал огромным набором неоспоримых плюсов. Однако испуганно удравшая от невзрачного кота бездомная овчарка его не интересовала, ему был важен едва заметный след его Лены. Он мог привлечь к поискам ту самую овчарку, но собака могла потерять след, что в его случае было абсолютно недопустимо. А он сам, пользуясь не носом, а категорически иными материями, был способен найти Лену даже на противоположном краю Цепи Миров, что уж говорить об одном-единственном городе. Тем более что, как выяснилось, бандиты даже не догадались увезти ее из района.


@темы: творчество, литература, "Тихон"

00:30 

"ПРОСТОЕ ЗАДАНИЕ"

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Город, который никогда не спит, медленно погружался в объятия ночи. Чернильный мрак густым покрывалом опускался на величественные небоскребы, острыми лезвиями эгоизма органического разума вонзающиеся в изъеденные язвами неоновых огней редкие облака. В мягком, окутывающем мраке один за другим со скоростью света зажигались мириады огней – окна квартир и офисов, габаритные огни зданий и транспорта, рекламные баннеры и светодиодные магистрали. Пусть город и погрузился во мрак, ничто не могло заставить Хеттам, столицу центральных территорий, уснуть. Перемигивающиеся огоньки сливались с россыпью звезд на ночном небосклоне, и город превращался в сказку. Однако, в этой сказке было слишком много лжи, и за напускным великолепием скрывались насквозь прогнившая система, замученная культура и растоптанная мораль.
А в сотне этажей под бесподобной роскошью, в темноте и грязи, не видя ни огней, ни звезд, прозябают настоящие жители Хеттама. Те, на кого испокон веков ложится непосильное бремя налогов, кто не имеет никаких прав, но целый ворох обязанностей, за которые получает крохотные квартирки – конуры и мизерные социальные пособия. Нижний Хеттам. Дно. Бедняки, о которых разодетые в шелка и драгоценности политики, вещая со своих инкрустированных ценными породами дерева трибун о построенной их личным потом и кровью демократии, даже не подозревают. Или стараются не вспоминать, ведь так проще.

Единственными, кому во всем этом жестоком мире было хоть в какой-то степени не все равно, что ждало бедняков Дна, были «кудесники Братства Вихря». Адепты философии Тау не должны видеть какой-либо разницы в социальном положении тех, кто обращается в их цитадель за помощью, но многие молодые ученики выступали резко против подобной уравнительной системы. Ведь просили всегда одни и те же об одном и том же, и Братство погрязало в политических дрязгах на все мыслимые и немыслимые темы. А бедное население Дна просто не могло наскрести кунтов для поездки в Цитадель. Хотя, безусловно, и богатый мог пострадать незаслуженно, и бедняк мог прийти с просьбой накостылять его вредному соседу.

Но как редко случалось подобное…

-Но, черт возьми, не из-за подобной же ерунды я должен тут колупаться! читать дальше

@темы: творчество, литература, "Игры Ядра: Калейдоскоп"

15:55 

На борту ("Звероликие", спойлер)

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Пустота сменилась вибрирующим гулом с чудовищной скоростью смещающегося пространства. Вибрировало все, каждая клеточка, каждый нерв, и только потом стало понятно – это было эхо от вибрации корпуса корабля, несущегося через пространство со скоростью, многократно превышающей световую, но не оборудованного особыми стабилизаторами. Серафима вспомнила, что на каждый лайнер нужно от шести до четырнадцати таких стабилизаторов, а каждое подобное устройство обходится порядка десяти или пятнадцати тысяч золотых рублей, что само по себе сумма колоссальная. По результатам такой элементарной арифметики Компания предпочитала заказать на верфях Плутона еще один крейсер, а не ставить на старую колымагу стабилизаторы, тем более, что в плане затрат строительство нового корабля, его укомплектование и наем команды практически равны закупке, монтажу и отладке вибро-стабилизаторов…

Гамаюн мотнула головой, прогоняя остатки дурмана, села и с какой-то внутренней гордостью поняла, что не ошиблась с выводами, сделанными в практически бессознательном состоянии. Она лежала в клетке, одной из многих, установленных в громадном основном отсеке старенького сухогруза, а над ней склонился встревоженный Денис. Его уши чуть заметно трепетали, пусть и были прижаты к голове, и очень забавно топорщилась шерсть на руках и шее. Сначала Гамаюн не очень поняла, что с ним, и только потом словно почувствовала – он боялся.

читать дальше

@темы: "Звероликие", литература, творчество

01:44 

Цветы вишни в зимнем саду

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Мерный шум молодой листвы сливается с нежными голосами птиц, звоном насекомых и тихим журчанием изящного фонтана, составляя из себя тонкую, насыщенную оттенками мелодию. Это песня парка. Парка, Замка, всего этого Мирка. Мир. Крохотный закуток на границе Мироздания, изолированный от всего существующего неким невероятным барьером. Несколько гектар старого-старого парка, кое-где превратившегося в дикий лес, большое холодное озеро, вишневый сад и громадный замок. И два человека, которых пребывание здесь заставляет учиться жить по-человечески. Это странно, это необычно – привыкать к короткой, как звук выстрела, жизнь человека, после того, как оставила за спиной тысячелетия. Жизнь мирная кажется скучной, нервы, прежде всегда натянутые в струну, привыкшие к жестоким ударам судьбы, лишившись сильных ударов этим медиатором, становятся тонкими нитями, которые так легко порвать…

Из гордой и независимой волчицы я превращаюсь в чувствительного ко всему теленка. Стыдно до боли.

…Или это и называется – «быть настоящей женщиной»?

На колено упал цветок вишни. Нежно-розовые, почти белые лепестки, хрупкие и беззащитные, как теперь и я сама. Замок хитер, нельзя это не признать. Он заставляет меня видеть и находить аналогии во всем, что только меня окружает. Это его жестокий урок – может, это единственный способ заставить бойца думать как женщина.

В женской части гардероба Замка, когда мы очнулись здесь, были только платья. То, что я всегда ненавидела – хотя бы потому, что никогда не умела ходить ни в чем подобном и всегда завидовала тем красавицам, которые могут себе позволить узкое вечернее платье и чувствовать себя в нем уверенно и спокойно. Моей одеждой всегда была плотная кожа, брюки и ботинки на ровной подошве. В юбке особо мечом не помашешь.

…Пальцы аккуратно сняли нежный цветок с небесно-голубого атласа узкой юбки. Да, теперь это и моя одежда. Пришлось учиться одевать чулки и ходить на каблуках. Интересно, а смогу ли я теперь управиться с мечом, если возьму его в руки?..

Почему-то я боюсь, что уже не смогу.

читать дальше

Из цикла историй Замка Межреальности
Май 2011.

@музыка: Whitesnake - Is This Love?

@темы: "Замок Межреальности", литература, творчество

09:26 

СЕДАЯ ("Калинов Мост")

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Какой бы интересной и увлекательной ни была специальность, все равно найдется в ней место скучным и нудным курсам из категории «для общего развития». Официально они именовались базовой частью профиля, но студенты их величали исключительно нудисти-кой в самом широком спектре синонимов к ней. Однако же преподаватели, которым выпала доля читать подобного рода дисциплины, так не считали и более того – полагали, что важнее их курсов ничего нет и быть не может. В связи с этим возникала исключительная форма издевательства – особо строгий контроль посещаемости. Разумеется, студентов такой подход не вполне устраивал, но ничего с этим сделать они не могли – только поглядывать на по тем или иным причинам пустующие места и молча сочувствовать несчастным, обреченным на муки сессионного ада товарищам.

Безопасность жизнедеятельности относилась как раз к такой категории дисциплин. Ее содержимое давным-давно морально устарело, но дедок, который ее вел, – ровесник революции, - так не считал, на своих парах устанавливал разве что не режим военного положения, ненавидел тех, кто не посещал его лекции, и доводил до истерик тех, кто на них опаздывал хотя бы на две минуты. Тринадцатая группа третьего курса – экспериментальный набор по специальности «кибернетик-роботехник» - с тоской поглядывала на единственное пустующее место из занимаемого ими ряда. Прошла уже половина пары, а ЕЕ, той, кто присутствовал на всех занятиях, почему-то не было. Если бы не драконовские порядки тронутого на голову лектора, они давно бы переписывались или перешептывались на тему того, не сообщила ли ОНА кому-нибудь, что не придет, почему не придет и тому подобное. Хотя для всего потока вероятность того, что ОНА могла бы не прийти на пару, какой бы жуткой эта пара ни была, стремилась к нулю с воистину космической скоростью. А лектор уже довольно потирал руки – ведь он нашел-таки себе жертву для экзамена!

Неожиданно для всех – и для лектора в первую очередь – дверь аудитории отворилась, и на пороге появилась ОНА, точно такая, какой ее привыкли видеть в университете. Легкий черный плащик необычного кроя еще колеблется на фигурке после быстрой ходьбы, изящные ножки – мечта почти любой девушки – в тяжелых сапогах стоят уверенно и твердо. Руки в перчатках расслаблены. Бледное лицо в рамке седых волос выражает лишь спокойствие и уверенность. Собственно, другой поток эту студентку никогда не видел. Спокойствие, легкая доброжелательность, полный контроль над собой.

-Нифльхейм! – грозно рыкнул лектор, однако весомость восклицания начисто испортило то, как он позорно запнулся в фамилии девушки. – Что я говорил об опозданиях?!

читать дальше

Апрель 2011
запись создана: 28.04.2011 в 00:52

@темы: "Калинов Мост", творчество, литература

00:21 

"Пыль"

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
09:52 

lock Доступ к записи ограничен

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
02:19 

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Давненько что-то я тут ничего не писала. Пора исправить это недоразумение.

Меня снова несколько захватил Реквием - качаю танка, пока это, правда, еще только воитель, и он только 21 уровень, и у него... нее... только появилась первая агрилка. И после каждого элитного булыжника я сижу на попе, регеня хп и ману. Ну да ладно. Может, хватит терпения его раскачать.

А теперь по существу. Я сегодня, наконец, вышла на работу. Соскучилась страшно! И очень довольна, что смогла прийти, смогла ДОЙТИ, а потом еще и доползти обратно! Ну и на работе были рады меня видеть. Уже очень приятно. А еще сумела немного порисовать. Очень соскучилась по Иридию, поэтому вышел вот такой скетч.



...-Он не сказал, куда ушел? - Южени немного беспокойно теребила край мягкой шали и вглядывалась в опустившийся на лес густой туман. "Она-хи-Казе" села на небольшой полянке и теперь довольно разминала щупальца, касаясь ими высоких, древних деревьев и распугивая живность. Иногда тайтерианке становилось жутко от поведения на земле живого корабля, но сейчас, пусть "Ветер" и всеми силами пыталась привлечь к себе внимание, мысли бывшей баронессы были далеко даже от этого чуда природы и техники - в той чаще, где затерялся в зелени сине-черный силуэт.

Андре, видя беспокойство матери, все равно никак не мог ее утешить. Его друг и наставник не сказал ни слова, когда уходил. Кроме пары ничего не значащих фраз...

-Нет, - честно качнул юноша головой и подвел мать к успокоившемуся кораблю. - Сказал только, что у него здесь есть место, которое он обязан посетить.

Южени снова тоскливо взглянула в ту сторону, куда ушел ее такой недоступный и холодный возлюбленный... и просто про себя пожелала ему удачи.

***
Иридий шел по лесу спокойно и размеренно, зная дорогу, зная лес, чувствуя свой путь и то, что привело его на эту планету. Вернуло его на эту планету, поправил он формулировку собственных размышлений. Слишком многим он был обязан этой планете и тому, кто на ней остался.

Ветер - вечный житель этих лесов - подхватывал на свои крылья полы одеяния воина ре'энро и длинные пряди легких волос, играл ими, как сам того желал и легонько толкал мужчину в спину - идти дальше, не оглядываясь назад. Позади его ждал добрый друг, коллега и практически сын - в одном лице. И женщина, пред красотой, умом и нежностью которой он преклонялся. Но ни Андре, ни Южени не было бы в его жизни, если бы тот, кто остался на этой планете, шестьдесят лет назад не вбил бы в голову молодому гордому хищнику элементарно-сложную истину. Никто не имеет права лишать живое существо надежды. А пока есть надежда - можно выжить. Иридий выжил тогда вопреки всем законам логики... И теперь был счастлив.

Последние кусты почти гостеприимно раздвинули перед ним свои ветви - а впереди простиралась гладь всегда спокойного, темного, как ночной небосклон, озера. Они любили это озеро - оба, пусть тот, кому Иридий был обязан жизнью, и не видел его своими глазами. Точно впереди каменный берег образовывал что-то вроде небольшой косы, уходя на два десятка метров в озеро - и там, на крохотном озерке, возвышалась изящная фигурка, обложенная кольцом камней. Птица со сложенными крыльями, сильно изогнутой шеей и опущенной головой. Иридий, шагая бесшумно, но торопливо, поджав губу и поскребывая когтями по ладонями, приблизился. Из крохотных глаз фигурки капля за каплей падала вода - то была Аштан-Арри, Птица, Что Льет Слезы. Алаканец глубоко вздохнул и опутился на колено перед памятной статуей.

-Я вернулся, отец мой названный, - тихо прошелестел его голос над гладью озера. Нох'тара склонил голову. - Прошло много лет. Я хотел поблагодарить тебя.

Конечно, камень могильного памятника остался глух к его словам - и так же капали слезы из глаз Птицы. Иридий зачерпнул из озера, ставшего могилой его названного отца, полные ладони воды и омыл памятник. Сердце сжималось от боли, когда его мысли возвращались к тому дню, когда он сбежал с каторги, оставив его, Тарака, позади, когда несколько лет скитался, пытаясь найти способ вызволить его, когда нашел... И увидел Тарака уже высохшим стариком, слепым, лишившимся надежды... И в такие моменты больнее всего ударяло в сердце осознание того, что он, ре'энро Иридий Нох'тара, все это мог изменить... Но щеки коснулся легкий ветерок, и его голос вместе с плеском воды принес ответ. Тихий шепот, как неслышное дыхание.

Спасибо... Что не забыл...


Иридий снова опустился на колено перед Птицей и почтительно склонил голову. Ему многое нужно было рассказать. За пятьдесят лет многое произошло...

@музыка: Era - Hymne

@темы: творчество, литература, "Алаканец"

02:54 

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Я планомерно схожу с ума... Вместо того, чтобы спать, редактирую "Наследие"... А чтобы понимали, что мне приходится сейчас вычитывать - вот вам фрагментик...

***
-...Я, конечно, знаю Тьму, но гораздо хуже тебя, - заговорила Мента, в задумчивости потирая висок, - но, насколько мне известно, Темред - та еще бацилла, и при желании мо-жет такую бучу отчебучить, что мертвые проснутся. Кстати, о покойниках. Надеюсь, нам не придется воевать с толпами нежити?

-Нет, - синхронно покачали головами демонессы, едва заметно усмехнувшись на довольно непривычную, устаревшую форму изъяснения вампирши. Мента пока не привыкла к этой их особенности и удивленно хлопнула глазами. А Сошна и Дэшна невозмутимо продолжали: - Она - Огнестраж, вроде нас, только гораздо мощнее. - Девочки соприкоснулись ладонями, и по пальцам пробежались озорные искорки. - За этим лучше к Вейдену обратиться, он тут Некромант.

-А неплохая мысль, кстати! - тут же вклинился быстрый на язык дракон. - Пусть Его Серость попляшет на могиле и призовет нам сотню-другую трупов или призраков! - Саун слегка боднул в плечо Наусула. - Что скажешь, брат королевы?

читать дальше

@музыка: Manowar - Carry On

@темы: творчество, литература, "Наследие Древних"

16:29 

"Прости"

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
00:31 

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Итак, пока прием "заявок" на мини-зарисовки открыт

Небольшие литературные зарисовки о любом из моих героев.

Пока поступили пожелания на:
-Келиастрис Наядар (эпизод не выбран)
-Шаади Тихое Копыто (период сталкерской деятельности)

@темы: творчество, литература

12:12 

Немножко новых картинок в общую свалку

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Собственно, две уже были в комментах, одну еще не выкладывала. А вообще стремно как-то... семестр пролетел невыносимо быстро, уже 12-ое декабря.... кошмаааар! Рисовать некогда, писать некогда, в голове - один бух. учет.... Вытряхнуть бы его хоть ненадолго...

Если по существу о творчестве - то итоги года будут подведены в районе 30-31 декабря, а пока могу сказать, что почти доделано "Наследие Древних" - там доредактировать осталось страниц 70, но это мелочи, и писалось оно уже в более поздний период, следовательно, там и язык не такой кривой. Со "Звероликими" все хуже, в этом году точно не доберусь до комикса... Назрело два новых проекта. Первый связан с "Сезоном Охоты". Второй - навеян прошлым моего Киире дей Катура и там будет сплетение истории этого эльфа и моей доисторической хрени, которая родилась не без помощи Перумова. Начала работу над ИЭМ (иллюстрированной энциклопедией миров), есть перепись объектов "Наследия Древних", разбиение на разделы (артефакты, история, персоны, география и т.п.) и почти сделана уже первая статья))) А еще хочу сделать продолжение "Рабства Иллюзий" в рамках дополнения к ВоВу "Катаклизм". Названия пока нет, сюжета почти тоже - только безумная мысль. Вроде по литературе все...

Теперь - обещанные картинки
Злая Крис в волчьем облике
Снова Крис
Киире Солнечный Лис

@музыка: Samael - On Earth

@темы: творчество, литература, РГГУ, "Замок Межреальности"

13:03 

Замок Межреальности

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Акт первый. Майер.


Акт второй. Крис.


Интерлюдия. Замок.


Акт третий. Майер.


Акт четвертый. Крис.


Интерлюдия. Замок.


Акт пятый. Майер.

Ты только посмотри, любимая! Как же быстро они растут… Кажется, совсем недавно я холодел, слыша твои крики, а потом убаюкивал наших малышей, чтобы ты, изнуренная, но довольная, смогла хоть немного отдохнуть. Какими крохами они тогда были! А посмотри на них теперь… Как они, греясь в последних теплых лучах осеннего солнца, в азарте, присущем одним лишь детям, собирают ярко-красные и золотые кленовые листья, а потом хвастаются друг перед другом своими букетами и наперегонки стараются вручить их тебе… Как же они трогательны, как милы… О, Создатель, Крис, ведь это наши дети!

О таком счастье я не мог даже мечтать. Ты подарила мне эту мечту, и ради тебя я готов теперь на все.

Как же ты была права. Калейдоскоп красок этого мира завораживает подобно бурному водовороту чувств. Красный убор парка – наша страсть и азарт наших детей; оранжево-золотые клены и липы – счастье и беспечная радость; безграничное голубое небо – столь желанная безмятежность и спокойствие, розово-белые шапки вишни – нежность и любовь…

Ты заметила? Эти вишни… Ведь они каждый год цветут, словно сами желают, чтобы ту кружилась в розово-белом вихре их лепестков. И наши малыши – они любят эти вишни так же, как и мы. Символ нашей любви…

Ты права – спасибо Создателю за все то, что мы теперь имеем. Я ошибался в прошлом и, пусть я ненавижу совершать ошибки, этому своему заблуждению я рад. Я считал Замок тюрьмой, но дай Творец каждому мужчине такую «тюрьму»!

Ты согласна со мной. Обнимаешь и целуешь, такая нежная, любимая, родная… Ты сильно изменилась с рождения детей, и именно такой, женственной, нежной, ласковой, я люблю тебя больше всего…

Спасибо Замку за тепло и уютный дом, что дал он нам. Я сильно ошибался – в отношении всего, что видел и чувствовал в этом мире.

Теперь я понял…


Акт шестой. Крис.

Ты можешь в это поверить, любимый? Ведь наши дети уже совсем выросли… Им сейчас столько, сколько было мне, когда мы встретились и ты столь радикально изменил мою жизнь… Знаешь, что странно? В последнее время я все чаще задаюсь вопросом – а понравилась бы им наша прежняя жизнь?..

Думаешь, так?.. Я тоже… думаю… что понравилась бы…

Голос… Ты слышишь? Далекий, зовущий… Но более, чем просто знакомый. Это же он! Это же Создатель! Ты тоже слышишь?.. Да… Я по глазам твоим вижу, что слышишь… Майер, что же будет?.. Что будет с нами? С нашими детьми? Я не хочу их терять…

Голос шепчет так тепло, так усердно, проникая в самые сокровенные уголки души, и не подчиниться ему невозможно…

Откуда-то из глубин прошлого вырастает и крепнет хранимая с незапамятных времен в самом сердце боль, она сковывает тело, натягивает нервы в тугие струны и бьет по голове кузнечным молотом – так, что ни одной мысли не остается в целостности. Все кости будто перемалывают в муку, чтобы потом переплавить и отлить их них новые формы с новым предназначением… Или, быть может, старым?..

И вот, Луна этого Мира принимает так давно забытый красноватый оттенок, ощущаемое пространство реальности раскалывается тысячами осколков прежних граней, новыми чувствами, запахами, ощущениями… Я снова чувствуя тебя так, как чувствовала прежде = твой запах, черную тень твоего присутствие и вибрирующую мощь самого твоего существования…

И снова ладонь ложится на шершавые рукояти любимых клинков. Снова ты с удовольствием раскручиваешь в руках любимый громадный двуручник. Снова меня зовет Луна, снова с удовольствием я рою лапами снег и, прогибая спину, приветствую песней долгожданную ночь… В твоих глазах я вижу жажду крови и желание пустить заскучавший клинок в настоящее, подходящее ему и самому тебе дело.

Ты был прав тогда. Созданные когда-то для битвы, мы не в силах забыть нашу древнюю суть, сколько бы ни прошло с той поры веков, и сколько сильно ни изменились бы мы сами. Ты был прав…

По-видимому, настал наш час вернуться в строй, и Создателю вновь нужны его верные, вечные Стражи. Жаль только, что наши дети не…
Ты слышал?! Волчий вой? И голос Немертвого? Любимый… неужели это на самом деле голоса наших детей?!

Воистину, велик Создатель!

Спасибо за дары, что милосердно и великодушно послал ты нам. Спасибо за все! Будь уверен – мы четверо не подведем. Мы оправдаем оказанное нам высокое доверие. Мы знаешь – наша кровь будет литься не напрасно. И мы на это согласны.


ЭПИЛОГ (Акт седьмой). Замок Межреальности.

Да, мой господин и моя госпожа, напрасно вы гневались на Создателя – он великодушен и щедр и готов платить сторицей за ту кровь, что проливали вы во имя Его.

Мой Мир – отражение ваших сердец – он создал лишь для того, чтобы верные Стражи его могли отдохнуть от дел ратных. И сил ваших лишил он вас по той же причине.

Ведь иначе не поняли бы вы его урока и не нашли бы себя подлинных…

Не забывайте то, чем научил вас одинокий Замок, затерянный в снегах на задворках Мироздания. А я никогда не забуду вас и всегда узнаю, какие бы лица Создатель ни дал бы вам в этот раз.

Я знаю – вы, верные Стражи, доблестные воины, еще вернетесь в эту тихую обитель.

А до тех пор, я буду ждать.

До встречи, мои Создатели.

До встречи…

запись создана: 27.09.2010 в 02:56

@музыка: Enigma - Why?..

@темы: творчество, литература, "Замок Межреальности"

00:39 

Мы счастливы)) Лис и Крис)) Мрррр)

Мы оказались тоньше хрупкого стекла, хоть все считали мы - из равнодушной стали.
Фееееееняяяя))) Спасибо)) Это чудесно)

11.10.2010 в 23:54
Пишет Хрустальный Феникс:

-Мрррррр! – В ответ раздался тихий сонный стон. – Мррррр! Вставай! Вставай соня! – драгон провел языком по щеке эльфа.
- Слезь с меня, извращенец! Ты меня своим весом задавишь! – все еще сонно откликнулся Лис.
- Не задавлю…Мрррр… - Меф провел языком по острому уху Солнышка.
- Ай!
читать дальше


 

URL записи

@темы: литература, творчество, не мое

Pandora's Chest

главная